Николай ГОРЮНОВ:
"Перед строем партизан наш командир снял со своей груди и вручил мне орден Красной Звезды".

Судьба моего собеседника тесно связана с Великой Отечественной войной. Еще подростком, в 13-летнем возрасте, он вписал свое имя в летопись подвига и Победы великого народа. Совмещая детские игры с нелегкой задачей по сбору и передаче информации, Николай ГОРЮНОВ постиг премудрости военного ремесла и оперативного искусства с самого раннего возраста, что наложило отпечаток на всю его жизнь. Он, человек бесстрашный и горячо любящий свою родину, владеющий несколькими языками, стал идеальным бойцом "невидимого фронта".

Николай Петрович, чем для вас была Великая Отечественная? 

Почетной работой. Порой тяжелой и одновременно радостной от чувства выполненного задания. После Дня Победы опять начались рабочие будни, только уже, понятно, в мирной обстановке. Правда, в послевоенное время еще очень долго мне пришлось выполнять специфические задания, продолжать начатое дело по борьбе с иностранными подрывными элементами. 

Как началась для вас война? 

Мне было 13 лет. В то время наша семья находилась на Псковщине. Мой отец был задействован в организации мобилизации, подготовке к эвакуации. Но сам он от эвакуации отказался. Отец остался организовывать оборону нашего городка, а затем - и партизанское движение в наших краях. Вся наша семья оказалась в партизанском отряде. 9 июля у нас уже был первый бой. Так началась моя партизанская работа. Продлилась она до августа 1944 года. 

Расскажите немного о своей жизни в партизанском отряде. 

Наш отряд дислоцировался на болотах. Там были густые леса и небольшие островки, куда немцы редко наведывались. В основном с воздуха бомбили и обстреливали. 
Командиром отряда был Иван Курагин. Это был человек с богатым жизненным опытом, прошедший через многие испытания, решительный и отважный. Под его руководством нам удалось повести множество операций, опасных боевых выходов. Это был грамотный руководитель. 
Я и еще несколько ребят моего возраста были задействованы в основном в сборе разведданных, информации, которая пересылалась на Большую землю, позволяла нашему командованию вести эффективную подпольную работу. 
В первую очередь это были сведения о дислокации немецких частей, о пособниках немецких оккупантов. Очень часто мы переодевались в лохмотья и под видом попрошаек ходили по местным городам и деревням, внимательно наблюдая за всем, что там происходит, и тщательно запоминая номера машин, количество танков, передвижение войсковых колонн, бронетехники и обозов. А поскольку я владел немецким - мне верили, мой вид редко вызывал подозрения. 
Кроме этого, мы распространяли листовки, рисовали газеты. Проводили операции по подрыву мостов. Пускали под откос железнодорожные составы. Жизнь была интересной. Сейчас даже не верится, что мы, пацаны, выполняли такие задания... 

А приходилось ли вам принимать участие в боевых операциях? 

Работа партизана редко специализирована. Конечно же, мне приходилось выполнять разные задания. Очень запомнилась первая вылазка по захвату так называемого "языка". Это был местный каратель. Когда-то он тоже был партизаном, но затем предал нас и перешел на сторону фашистов. От его рук погибло очень много наших товарищей. По его наводке мой отец и старший брат были схвачены фашистами и только чудом выжили в кошмаре концлагерей. 
Руководство отряда тщательно продумало план поимки предателя. В этой операции мне отводилась значительная роль. Конечно же, я очень сильно переживал и волновался, смогу ли сделать все, что от меня требовалось, не подведу ли своих товарищей? Понимаете, для меня это было еще и делом чести. Эмоции и чувство мести за предательство моего отца и брата могли мне помешать. 
Мы знали, что предатель проживает в одном из домов на окраине поселка, где хозяйка торговала самогонкой. Каратель знал меня, мог догадываться, что, как и отец, я тоже партизан. На это и был направлен замысел. Для нас очень важно было выманить его во двор и быстро его обезвредить. Не раз я спрашивал сам себя: не испугаюсь ли? 
Не испугался. Как мы и предполагали, когда я поздно вечером подошел к калитке и стал звать хозяйку, предатель меня увидел. Хозяйке я объяснил, что отец прислал меня за самогонкой и передал ей деньги. Как только она скрылась в погребе, каратель вышел. Нашим ребятам только этого и надо было. Мы быстро его связали. Вывезли в отряд. Шифровкой выслали в Москву сообщение о его поимке. Через несколько дней самолетом мы передали на Большую землю и самого предателя, который к тому же владел важными для нашего командования сведениями. За участие в его поимке я был награжден. Перед строем партизан наш командир снял со своей груди и вручил мне орден Красной Звезды. Это самая дорогая награда в моей жизни. 

Что для вас означало 9 мая 1945 года?
 
Как и все, я с ликованием встретил этот день. Но боевая работа для меня не закончилась. К концу войны я был зачислен в спецотряд по ликвидации организованных формирований предателей и карателей, все еще действовавших на территории нашей страны. В то время они предпринимали много попыток по переходу на территории соседних стран, чтобы избежать наказания. 
Наша работа была очень трудной и опасной. Зачастую она требовала очень сильного напряжения. Даже более сильного, чем в партизанском отряде. Ведь там проще: мы - на этой стороне, враг - на другой. А здесь бандиты выдавали себя за мирных граждан. Тщательно скрывали свое предательское прошлое. И, чтобы уйти от ответственности, были готовы на любую подлость. 
Как-то, отслеживая одну из таких банд, я остановился на погранзаставе. Поздно вечером - я, правда, еще не успел задремать - вызывает дежурный по заставе и говорит: "Приближается лодка к берегу. С соседней заставы уже прожектора отсвечивают". По тревоге подняли весь личный состав. Когда начальник заставы крикнул нарушителям: "Стоять! Руки вверх!", по нему сразу же выпустили очередь из ручного пулемета. Несколько пуль попали ему в грудь. Мы открыли ответный огонь. Когда бой прекратился и дым рассеялся, на лодке подплыли к тому месту, где были нарушители. Это были как раз остатки той банды, которую мы отслеживали. Все они были в одинаковой экипировке. У каждого было по двести тысяч рублей. Деньги были не поддельные, не фальшивые. Мы нашли еще в их лодке 60 пар золотых часов, а также много оружия, боеприпасов. 
И еще очень долгое время мы день за днем искали и пресекали подобные формирования, вступали в бой с бывшими карателями и предателями, потерявшими свою честь и Родину. 

Олег МАЛЫШЕВ